27.91 €
27.91 €
Доставим:
6 июля
Под заказ
Море
Именно за роман Море Джон Бэнвилл, самый знаменитый из ныне живущих писателей Ирландии, был удостоен Букеровской премии.
Прозу Бэнвилла недаром сравнивают с творчеством Владимира Набокова, он столь же виртуозно владеет пером, так же богат его язык, он так же изобретателен и точен в передаче деталей. Море - роман-исповедь, написанный от первого лица.
Тяжело пережив смерть жены, герой романа приезжает в селение на берегу моря, где в детстве жил с родителями, и мысленно погружается в прошлое, вспоминая до мельчайших подробностей ощущения ребенка, в котором просыпается чувственность, первую влюбленность, первую трагедию.
Что реальней, та женщина, лежавшая на муравчатом склоне моего воспоминанья, или струйка праха, иссохшие кости, которые, еще неизвестно, хранит ли земля?.. Мы тащим на себе мертвецов, пока сами не свалимся, а дальше уж нас протащат немножко, пока не свалятся тоже, и так далее, через невообразимые поколения. Я помню Анну, наша дочь Клэр будет помнить Анну и помнить меня, потом не будет и Клэр, но останутся те, кто будут помнить ее, но уже не нас, не нас, и это будет наша последняя, окончательная погибель. Конечно, что-то останется, увядшие фотографии, прядь волос, отпечатки пальцев... но это уже не мы, какие мы есть, - мертвый прах и больше ничего.
Лауреат Букеровской премии 2005 года
Джон Бэнвилл
Прозу Бэнвилла недаром сравнивают с творчеством Владимира Набокова, он столь же виртуозно владеет пером, так же богат его язык, он так же изобретателен и точен в передаче деталей. Море - роман-исповедь, написанный от первого лица.
Тяжело пережив смерть жены, герой романа приезжает в селение на берегу моря, где в детстве жил с родителями, и мысленно погружается в прошлое, вспоминая до мельчайших подробностей ощущения ребенка, в котором просыпается чувственность, первую влюбленность, первую трагедию.
Что реальней, та женщина, лежавшая на муравчатом склоне моего воспоминанья, или струйка праха, иссохшие кости, которые, еще неизвестно, хранит ли земля?.. Мы тащим на себе мертвецов, пока сами не свалимся, а дальше уж нас протащат немножко, пока не свалятся тоже, и так далее, через невообразимые поколения. Я помню Анну, наша дочь Клэр будет помнить Анну и помнить меня, потом не будет и Клэр, но останутся те, кто будут помнить ее, но уже не нас, не нас, и это будет наша последняя, окончательная погибель. Конечно, что-то останется, увядшие фотографии, прядь волос, отпечатки пальцев... но это уже не мы, какие мы есть, - мертвый прах и больше ничего.
Лауреат Букеровской премии 2005 года
Джон Бэнвилл